любовь

РАПУНЦЕЛЬ

Кабы был я бледной дéвицей,
Запертой в высокой башенке,
Приходил бы добрый батюшка,
Говорил бы: «Ой, что делается!
Всюду волки, звери страшные!
Ты сиди здесь, моя маленькая»!

Кабы были под косынкой
Золотые, не серебряные,
Неостриженные кóсыньки,
Поднимал бы ими папеньку.
Он бы баловал меня
Зеркалами, самоцветами,
Дорогими тувалетами.

Спрашивал бы батюшку:
«Что там делается в мире-то?
Те же волки, что обычно?
Те же звери, что всегда?
Может, мне спуститься времечко?
Потоптать траву зеленую?
Время встретить добра молодца?
Не отпустишь ли меня»?

Хмурился бы добрый папенька,
Смертным боем бил меня,
Бил меня, да приговаривал:
«Ах ты дочка несмышленая,
Девица неблагодарная,
Нет тебе другого мира,
Кроме неприступной башенки,
Нет тебе другого мужа,
Кроме твоего отца».
любовь

Дерево

Сколько нам отмерено?
Столетие-другое?
Окурками засеяна у станции земля.
Здесь вырастет до облака Окурковое дерево.
Для не знакомых с куревом
(И завязавших для)
Ученых – повод выступить:

«Не, не напрасно пожили,
Не просто так, наверное,
Здесь каждый день курсировал рабочий элемент.
И вовсе не для рапорта
Гулял по этой станции
Усатый, недовольный всем дружинник или мент.
Нет, были же садовники!
И где-то даже скульпторы!
И вот какой оставили на память монумент».

любовь

***

Шутят, что «не уплочено» за тепло
И завтра его отключат.
Сад, что вчера лишь немного трясло,
Забьется вот-вот в падучей. 

Боярином и боярыней
Стоят пока боярышник и рябина.
Год урожайный, плодово-ягодный.
Боярскими детками будет сад усыпан. 

любовь

ТРОЯ

– Что, если я – троянец,
И я десять лет в осаде?
Что если план спасения
Не предложил Гомер?

– Что, если я – ахеец,
И я десять лет в засаде?
Что если к нашей победе
Не принято вовсе мер? 

– Вот я, рядовой троянец,
Всю юность провел за стеною.
Лошадку бы, в поле, в горы,
В деревню бы, к морю мне.

– А вот я, простой ахеец,
Вся молодость под стеною.
Коня бы и в дальний город
К гетерам на том коне.

– Далась же нам эта Троя,
Кладбище для героев!
– Кто мне восполнит время?
– Кто мне вернет друзей?

– Конь? У меня идея! –
Скалится Одиссей. 

любовь

РИГА

Вот и Рига становится прозой,

А ведь недавно была стихами. 

Рига, короткое слово Рига – 

Камешком во рту застывает.

Вот и рот мой, камешков полный.

Город – берег моря людского.

Говорю «Рига», но шумят волны.

Не сдаюсь, повторяю, повторяю снова.

любовь

БЕГ

Я захожу на новый круг,

Намокла майка.

Все прочие бегут в другую сторону

И машут мне чуть удивленно.

Бывает, что они бегут вдвоем

И даже с маленькими бегунами,

Всем видом говоря: 

«Вот странный человек –

Он теми же дорожками бежит,

Под теми же дубами, но

В обратном направлении».

Здесь в парке Пушкин – 

Скромный, прибалтийский, 

Без постамента был бы роста моего.

Он не бежит, но руки раскрывает,

Указывая путь бегущим.

Всем прочим – тростью

Мне – перчатками,

Чуть пожелтевшими от времени и рук

Фотографирующихся туристов,

Но все еще довольно модными.  

любовь

ПАРК

капище
пастбище
побоище
кладбище
гульбище
лежбище
последовательность
любая
выписка
из биографии
парка
где вечерами
я бегаю
днем
сочиняю
думаю о сексе
о родине
не думаю
о родине
и сексе
не думаю
околачиваю
под каштанами
груши

кажется, что и тут я
последовательность
нарушил

любовь

ЛЕДА (стихотворение со словарем)

От лебедя надутого у Леды
Потомства нету.

Не вылупились Диоскуры,
И Кастор из яйца-обскуры
Не видел Рим, смотря на мир,
Отпихивая брата Полидевка,
И говоря, что лучше шестидневка:
Мальчишки, бой подушками и книжки,
Которые он спёр в библиотеке
И зачитал до дыр.

Всё это не случилось.
Были пляж, лагуна,
Гуляло по волнам воображение
И мысль носилась.
Но все осталось там, в переложении
Легенд и мифов Н. А. Куна.

А жаль, ведь как вокруг него в то лето
Кружила Леда!
Ныряла ласточкой, солдатиком и плавала,
Самой собой чертя в воде параболу.
И пляжный клуб отставников
Ей присудил победу.

Но Леда замечает лёжа:
«Всему свой срок.
И зверь. И бог.»

Царит в лагуне надувной единорог.
Наездник тот же.

********************
Словарь:

Леда – дочь царя Фестия, которой Зевс овладел, превратившись в лебедя.

Диоскуры – Кастор и Полидевк, сыновья-близнецы Леды от Зевса-лебедя, вылупившиеся из яиц, снесенных царевной.

Н.А.Кун – автор наиболее популярного переложения мифов Древней Греции.
любовь

***

Петра узнаю по ключу,
А Павла по мечу.
Войду и свет включу,
И за собой закрою.
Стоим, молчим.
Нас трое. 

И кажутся мне в их руках
Меч – неподъемным,
Ключ – огромным.
– Садитесь, – говорю, – в ногах
Нет правды на Земле.
– Спасибо, – говорят, – мы помним. 

любовь

ААА

Всё как-то сразу –
Будущее, прошлое:
Ахматова в «испанской шали»,
Ахматова в «парижской челке»,
Ахматова в тифозном жаре,
Ахматова в семи томах на полке,
Ахматова в стихах ахматофилок –
Жеманных бабушек (она бы их прибила),
Ахматова на чтениях ташкентских,
Ахматова в указах президентских,
Босая девочка у кромки моря,
Старуха на террасе в Комарове,
И голос каждого, и рифма,
К тому, кто пел в «Волшебном хоре»,
И полуночница, и фурия, и нимфа
В халате черном с профилем дракона.
И мама с передачей сыну –
Тень матери зимой тридцать восьмого,
Там, на Литейном,
У Большого дома.