любовь

НАТАЛЬИНЫ ДНИ

Будут они –
Натальины дни
И Натальины вечера.
В сумерках над Окой огни –
Последние катера.
В Тарусу они увезут гостей,
А свои еще посидят.
Не стемнеет –
Будет повержен мрак,
Фонарями увешан сад.
Погладят собак,
Накормят котят
И, может, даже случится так,
Что арбузом коня угостят.
Под вязом Ольга, и у неё –
Волшебный фонарь в руке.
Тут и Боря с гитарой, женой и детьми
Покажется вдалеке.
Не поздно еще
И совсем не темно –
Синее с золотым.
Наталья на лавке,
Наташа в дверях,
А Тусе сейчас позвоним.
Яблоки спеют,
Несут самовар,
Прошлый как будто век...

Мне бы фонарь,
Чтобы все как встарь,
И найдется мой человек.

19.10.2020
любовь

***

Не был мной еще прочитан Маркес,
А Макондо мокло,
Муравьи паслись –
Под навесом у стола и около
Мертвой птицы, сбросившейся вниз.
Мальчик мне сказал, что птица «Смелая,
Видимо, всё просто надоело ей –
И гнездо, и кошка под гнездом,
И птенцы, и дом, и люди в нём».

Кошка равнодушно намывалась,
Взрослые, что со вчера осталось,
Допивали за стеной, хваля посол:
«Грузди чёрные – не то что грузди белые».
Муравьи своё спокойно дело делали.
Нет, они уже его доделывали.
Мальчик мне сказал:
– Пойдём?
И я пошёл.

любовь

***

Однажды просыпаешься
В субботу летом.
И думаешь.
Нет, не об этом. 

Ты мог бы – господин себя,
Кота хозяин, завтрашнего дня
Распорядитель –
Еще часа четыре спать –
За утра в школе средней
И начальной, за годы в офисе.
И отоспаться всласть,
СВОЮ кровать
Деля чертой диагональной.

Но ты лежишь и думаешь:
Кто, черт возьми, все эти люди –
Те, у которых власть? 

Ты хочешь встать.
Командуют:
– Лежать!
И добавляют ласково:
– Так лучше будет.

любовь

***

Мы не были на вы,
Хотя могли бы.
В той молодой любви
Я был дождем, а ты –
Гранитной глыбой. 

Их, отступая, льды
В лесах позабывали.
Их зодчие ни в Петербург,
Ни в Ленинград
Не взяли. 

Лежат они то там, то сям,
В чернике,
Неограненные никем.
И радуются нам, дождям.

Да, не всегда.
Не всем.

любовь

ПОЛТОРЫ

У тебя, как у Него, – 

Полторы комнаты.

Ты не поэт, хотя без устали сочиняешь

На неведомых мне языках.

Бейсик, Паскаль, Питон –

На них не говорят, только пишут.

Бейсик – такой молодой, а уже мертвый 

язык. 

В половинке комнаты –

Ты не поэт, ты волшебник.

Каждая твоя фраза вызывает к жизни,

Дарит форму вещам, наполняет цветом,

Сообщает скорость.

Хаос превращается в Космос.

Поэты так не умеют.

От твоих знаков в далеком «облаке»,

Голубеет небо, темнеют воды.

И над водами этими, в начале мира – 

Царит слово. 

Не логос – логотип, торговая марка.

Даже жаль, что твое ежедневное чудо

Служит богу купли-продажи. 

Я же жду тебя в твоей комнате, 

Как подушками обложившись

Дряхлыми своими словами,

Которые так мало могут,

До смешного мало.

Но вот я скажу: 

«Прекращай работать».

И еще скажу:

«Давай задернем шторы».

И потом скажу:

«Помоги мне снять джинсы».

Мои слова лишают силы, 

Наполняют стаканы вином,

Отменяют время.

Хаос при этом остается Хаосом.

Пусть. 

Если в нем иногда 

Появляется Эрос.

любовь

БОЗИ

О Бози, Бози мой,
Погладь меня скорее против шерсти,
За хвост подергай,
Подпали усы,
Сошли немедля в те терновые кусты.
А там еще нагрянет дождь-предатель,
О, как он кстати. 

И так я буду там –
Израненный, продрогший.
И смерть придет.
Как кинодива в шелковом халате.
И скажет смерть:
О как же мы любили, Боже,
Всех этих смертных маленьких людей.
Но что людей – собак любили, кошек.
Мы посидим немного рядом с ней...

А ты, о Бози, Бози мой,
Гони во весь опор.
Чтоб утолить быстрее голод,
Бери «меню» – четвертый номер:
Салат, лазанью и десерт.
Там в три домой уже уходит повар,
Снимает фартук, вытирает нож...

Я знаю, ты насытишься,
Вернешься,
Меня спасешь. 

любовь

Общество мертвых поэтов

А те, которые любили Капитана?
И научились задавать вопросы?
Таких и в самом умном классе – пять,
Ну, шесть, не больше.

Так много лет прошло.
Каких они наслушались ответов?
Мне хочется теперь прервать просмотр,
Чтобы как брата каждого обнять –

Всю эту братию,
Всех тех, кто, как и я, читал
«Мертвых» поэтов,
Но мертвыми их не считал.
За Уитмена – объятие,
За Байрона – объятие,
За Шелли, за Верлена, за Рембо…

За всех, которые не в силах
Влюблённому помочь,
Простить предателя,
Спасти, кого нельзя спасти.

А я по-прежнему стою на парте,
Второго ряда мертвый автор,
Себе отвоевавший «постамент».
И по привычке повторяю
«Карпе дием.
Лови момент».

любовь

БАЛЛАДА ОБ ИНТЕРНЕТЕ

Совсем не мелет мельница
(Не пашет интернет),
А я уже нацелился
Идти сражаться с ней.

Не с ветряками биться,
Что вертятся едва, –
В подвал ее проникнуть,
Где трутся жернова.

Я знаю заклинания,
Чтоб им не дать тереть,
Но мельники проклятые
Мне отключают сеть.

Пока посплю – побуду
Как вещь в миру вещей,
Но утром снова выйду
На битву в мир речей.

И нет, не в одиночестве
Сражусь. Со мной пойдёт
Мой Санчо – мой помощник,
Оруженосец, бот.

любовь

ТРЕУГОЛЬНИК

Он долго был один
И обращался к интернету,
Как к богу.
Запрос услышан был –
Он повстречал второго.
Второй не знал, что он второй,
Настаивал, что он другой.
Так они вместе год отметили
И повстречали третьего.
Тот полагал себя вторым
Давал обоим им
Быть первыми.
Он позволял себя по шёрстке
И против шёрстки.
Он знал, что геометрия любви
Предписывает треугольнику быть жёстким.
Да, жёстким.
Прочным
ли?

любовь

ПОЛЕ

Я не беспомощен в быту.
Я чистоту могу,
Могу – нечистоту. 

Почти всесилен,
Я свысока сейчас гляжу
На поле пыли. 

То поле русское!
Оно,
Как минимум,
Бородино.

Ну, что, сразимся?
Кто кого?
Ах, я бы мог огнем его!
Ах, я бы мог водой его!

Как исполин
Из тех былин.

Но нужно бы великодушным быть
В России исполину.

И полю пыли на полу
Не быть испепылиму.